Страх и нервы. О чём договариваются Москва и Вашингтон по Украине

Готовится встреча Байдена и Путина. Что будет предметом торга, 47news рассказала американист Института мировой экономики и международных отношений РАН Виктория Журавлёва.

Рост напряжения между Москвой и Киевом, а по цепочке — между Кремлём и НАТО, поставлен на паузу встречей глав МИД России и США в Стокгольме. Госсекретарь Энтони Блинкен впервые сказал, что США готовы быть посредниками между Зеленским и Путиным.

Фото   скриншот YouTube / ИМЭМО РАНФото скриншот YouTube / ИМЭМО РАН ПоделитьсяПоделиться

— Виктория Юрьевна, можно сказать, что Москва дожала Вашингтон, когда госсекретарь Блинкен заявил после встречи с Лавровым, что Вашингтон готов стать посредником между Кремлём и Киевом, а Байден поговорит с Путиным на следующей неделе?

— А действительно ли России нужно посредничество США? С одной стороны, США, на самом деле, давно участвуют в этом конфликте. Если мы возьмём администрацию Байдена, то оборонный бюджет, который был принят в прошлом году, выделил 175 миллионов долларов на военную помощь Киеву. То есть они точно в деле. 1 марта Пентагон принимает решение выделить 125 миллионов этих денег, два патрульных катера. Перед встречей с Путиным в Женеве Байден заморозил передачу денег, явно это была работа на ожидания от встречи. Не договорились. И вот в сентябре выделили очередные 60 миллионов на военную помощь Киеву, передали противотанковые ракеты. На самом деле, США последовательно поддерживают Украину.

— Весной наши, по сути, сказали: Мы больше с Зеленским не говорим. Про это мы дальше говорим с Вашингтоном . И вот Вашингтон говорит вслух: Ок, мы переговорщики официально . В этом смысле дожали?

— Если считать, что США официально заявили о посредничестве, то, наверное, это в какой-то мере успех России. Но я не уверена, что было требование официально объявить себя посредником. Понятно же, что по факту так и есть. Возможно, России нужна эта публичность.

— Вам не показалось, что госсекретарь США на встрече с Лавровым в Стокгольме был несколько растерян? У него даже руки тряслись.

— Я посмотрела. Мне не кажется, что это растерянность. Очередное столкновение двух сторон, наполненных страхами. Россия боится нового движения НАТО. Наши СМИ постоянно это нагнетают. США находятся в информационной истерике со стороны Украины и, возможно, союзников в ЕС, что Россия вот-вот нападёт. Но реальную ситуацию никто не понимает. И как себя поведёт Россия, они не понимают.

— Они вообще с трудом понимают о чём речь, судя по тому, что глава Пентагона называет Россию Советским Союзом.

— Так там люди сидят, которые там и триста миллионов лет назад сидели! Они и говорят на том языке. Украинский кризис угрозу нацбезопасности не представляет. Но есть необходимость воздействия на Россию. За эти годы крышка гроба оказалась так заколочена, что в Вашингтоне возникла уверенность, что с российским вопросом они закончили: санкционный режим обеспечивает контроль. Однако нужно нечто текущее, чем можно влиять на поведение Москвы. Не знаю, насколько США справятся. Сложная задача. Поэтому никто их экспертов сегодня и не спешит ничего говорить.

— Вы сказали, что ЕС выгодно втягивание США. Стало быть, стояние десятков тысяч солдат у границы — это на самом деле стресс, который работает?

— Да. Но не то, чтобы стресс… Сейчас все, кто видит ситуацию на месте — ОБСЕ, европейские наблюдатели, наши, понимают, что обострение идёт. Но оно никому не нужно. Вы думаете, это нужно Москве?

— Лавров же прямо сказал, что решение Вашингтона стать посредником — это очень хорошо. То есть Москве это в радость. Радости не хватает всем.

— Мне кажется, что тут две причины. Страх. Россия себя последовательно накручивает, что Украину вооружают. Вторая причина: США, заявили, что они готовы посредничать. Появляется канал, чтобы рассказывать о страхах. Но я не думаю, что кто-то сильно верит, что это сильно изменит ситуацию.

— У нас, зато, сильно верят в гиперзвуковые ракеты. 30 ноября Путин заявил, что Циркон поставят на военные корабли в новом году. В США эту новость заметили, обсуждали?

— Конкретно этой новости я в американской прессе не видела, но то, что США это заметили, это однозначно. Диалог по контролю над вооружениями идёт. Это единственное, о чём говорят на постоянной основе. Наш традиционный инструмент давления, который позволяет лучше обращать внимание на то, что мы говорим.

— А есть срок годности у концепции держать партнеров в напряжении ?

— Как показывает опыт десятилетий наших отношений, — нет. Это основа — держать партнёра в напряжении, только так отношения не уходят в ноль.

— Можем утверждать, что грядущий контакт двух президентов на этот раз будет не шапочным, как летом в Женеве, а предметным?

— Скорее, да. Первая встреча — знакомство. Сейчас контакт есть. Уверена, что будет обсуждаться именно украинский кризис.

— Лавров уже напомнил про дипломатическую собственность, которую отняли при Трампе. О чём ещё наверняка будут договариваться?

— И это будет в повестке, и вопросы нормализации визовых отношений. Но это обсуждали и в Женеве. Есть даже специальная комиссия, замглавы МИД Рябков её возглавляет, — но воз и ныне там. Из того, что я знаю от коллег экспертов, которые сейчас пытаются получить американскую визу, это стало совсем невозможно. И вопрос будет обсуждаться. Но я не вижу, что будут по нему реальные изменения в ближайшее время.

— Мария Захарова по горячим следам 2 декабря заявила, что договариваться надо о не расширении НАТО на Восток. 100 тысяч солдат у границ ненатовской страны, плюс обещания поставить на вооружение новую ракету, разве достаточно для таких сделок?

(Тяжёлый вздох) Честно сказать, на мой взгляд, это наш больной вопрос, который мы сами регулярно достаём из сундука, стряхиваем пыль и при каждом удобном случае пытаемся напомнить про это США. А они активно не хотят это обсуждать. Для них это закрытый вопрос. От каких-то экспертов в США я слышу, что это вообще всё несерьёзно, что это российская игра в опасения, хотя и в РФ поняли, что договорённостей тут не будет. Но страх, действительно, есть. Он сохранился с 90-х годов, с начала расширения НАТО. Мне кажется, что и у нас понимают: достичь договорённостей тут мы все равно не сможем. Но можем использовать страх как информационное давление.

— То есть риск войны в Украине не толкает США к пересмотру своей позиции по вопросу расширения НАТО?

— США всерьёз не обсуждают возможности дать обязательство о не расширении.

— Наши говорят про красные линии . Прямым текстом сказали, что, если будет больше НАТО, полыхнёт с миллионами беженцев .

— Я думаю, это инструмент информационного и психологического давления. На экспертном уровне есть чёткое понимание, что Украина не войдёт в НАТО до тех пор, пока на их территории конфликт.

— Если эта риторика — тактика, то что предметно можно выторговывать? О чём на этом фоне можно реально договариваться? Если это лишь фон.

(Пауза) Думаю, что мы в любом случае будем формулировать положение про Украину вне НАТО. Будем требовать обещаний. Это ритуальное. Реальные же действия будут крутиться вокруг официальных пунктов Минских соглашений.

— Много о чём мы не говорим с США. У нас есть обида, что мы не равные, а ребята следующего сорта.

— Конечно. Можно ли условное начало диалога по Украине расширить на другую тематику? Думаю, что США на это не нацелены. А мы бы хотели много вопросов внести в повестку. Экология, Арктика. Но ответных сигналов нет. Думаю, что и про визы не продвинемся. Но давить будем.

— Так, может, всё проще: деньги. Путин несколько раз этой осенью говорил, что доллар страдает от санкций, что мир именно поэтому отказывается от доллара как резервной валюты. Военное напряжение не меняет подходов США к санкциям?

— Это называется шантаж. Мы играем с огнём, если происходящее — попытка повлиять на санкционные меры. Я не думаю, что этого не понимают на уровне российской политической элиты. Механизм запущен, изменить его совершенно невозможно.

— А те, кто видят в происходящем некое повторение Карибского кризиса , когда сначала подошли к пропасти, потом осознали, потом разошлись, ошибаются?

— Тут есть большая разница. В карибском кризисе сами граждане США были второй стороной, кровно заинтересованной в своей национальной безопасности. Сейчас США — посредники, у них нет прямой угрозы своего выживания.

— А если на границе у кого-то сдадут нервы до встречи Путина и Байдена? Торг отменяется?

— Я надеюсь, что этого не произойдёт. В ситуации, как она сейчас подаётся на международном уровне, кто бы первый ни начал, виновата будет Россия. А значит, мы получим новые санкции. Болезненные. Верим, что до встречи президентов дотянем.

3 декабря президент США заявил, что хочет помешать Путину сделать на Украине то, чего опасаются люди .

47news

Интересна статья?

0 комментариев *