Стать костью в горле

• ДТП Ефремова спецоперация ФСБ

Во время задержания на скромной (тульской) акции Навального в декабре 2018 года я понимал, что суда не существует - и приговор мне гарантирован. Но не был готов к отказу сотрудничать с "правоохранительной" системой - со всей её фейковой процедурой.

Сотрудничать с карательной системой - это значит подписывать их липовые протоколы, вписывать туда "объяснения задержанного" о том, что они лживые. Подписывать все их бумажки, единственной целью которых является фабрикация против вас лживого и анти-конституционного административного "дела".

Наконец, сотрудничать - это значит отвечать на их вопросы и участвовать в фейковых процедурах, которые давно не имеют к "право-охранению" никакого отношения.

Как ни странно, все эти совместные действия жертвы произвола и карательной машины - являются формой сотрудничества, даже если вам кажется, что вы сопротивляетесь системе. Нет, принимая участие в процедурах, вы априори соглашаетесь с их легитимностью и законностью.

Сегодня мы (как правило) готовы видеть произвол в действиях отдельных исполнителей, надеясь на гарантии системы в целом и думая культурным поведением - у этой системы выиграть. Точнее говоря, её переиграть.

Довольно наивное, но удобное ожидание. Оно склоняет нас к корректному общению со злом.

Однако, уважая "правила" концлагеря, вы не спасаете себя, а только помогаете ему функционировать, избегая сбоев и бунтов.

Наивность этого подхода доказана годами репрессивной практики - и хорошо известна мне на собственном примере.

Попадая в тиски полицейской машины, которую вы ненавидите, понимая её преступный характер, вы (тем не менее) окружены "привычными" людьми, порой доброжелательными и даже с долей "понимания" вашей ситуации.

Рохля-участковый, которого начальство выдернуло в выходные из какого-то района для оформления моего протокола, не вызывал враждебных чувств, а был вполне "зачуханным" ментом с лицом бытового сантехника, который задавал дежурные вопросы о моём участии в "незаконном митинге". Недалёкий и в меру нормальный "винтик" людоедской системы.

А в "суде", где я оспаривал задержание, ко мне подходил вызванный свидетелем начальник ОВД, который приветливо здоровался за руку и добродушно сетовал, что я выбрал чересчур "строптивого защитника", с которым судьи "дают обычно больше"..

Такого рода психологический фактор, который заключается в "очеловечивании" зла, работает подчас эффективнее страха и прямого насилия. Система, которая заставляет вас жить по её правилам, в этом случае вас тихо "переваривает" в собственном желудке, - поскольку вы не готовы встать костью в её горле.

В самом деле. Что делает грамотный задержанный, попадая в лапы репрессивной системы? Начинает соблюдать её правовые условности, подписывать бумаги, подавать апелляции, поддерживать правила поведения в условиях преступной процедуры, априори считая её правовой и легитимной.

Словно эта легитимная система "дала досадный сбой" и можно апеллировать к правовому государству в целом. ("Господин Байден, произошла ужасная ошибка").

Вместо бойкота преступной системы тысячи жертв её произвола начинают жить по правилам Гуантанамо, соблюдая нормы и формальности, ставя подписи на бумажках, закладывая руки за спину и называя злобных тёток "ваша честь". Тем самым - наделяя людоедскую систему долей легитимности.

В этом акте признания права системы подвергать вас насильственным действиям, которые вы оба (жертва и система) согласны считать правовыми, - и кроется сила режима, который хочет выглядеть легитимым.

Разрушить этот ореол законности - значит оставить мафиозную банду, выдающую себя за государство, - без рычагов давления на вас. В условиях тотального бойкота так называемых "правовых процедур" (которые давно не правовые) система теряет "контракт" и "договор" с собственной жертвой - о жизни по общим правилам.

Тем самым, жертва произвола лишает легитимности (последнего вида законности) все эти процедуры, протоколы, документы, подписки, выписки, судебные дела и экспертизы (сотни фейковых форм режима).

Да, это требует некоторого мужества, которое непросто найти в себе при наличии семей, детей, кредитов и привычки к европейскому комфорту.

Но это, пожалуй, единственный способ отказать репрессивному аппарату в его "контракте" с обществом - на проведение преступной политики.

Бойкот и отказ в легитимности любых полицейских действий - это единственно эффективная тактика, к которой придёт оппозиция в её забитом состоянии.

Если вы хотите ломать системе кайф, вставлять палки в колёса, корёжить её смазанные шестерёнки, максимально затруднять любые её действия (начиная с мелочей), то прекратите действовать по "правилам". Хватит соблюдая видимость "законности" и выдавать ублюдков за "право-охранителей".

Разорвать общественный "контракт" о совместных действиях - это единственный способ максимально подорвать работу репрессивной машины. (Кстати, голодовка, как отказ от "правил", - шаг в той же логике сопротивления).

В 2018 году я вряд ли это понимал, по инерции надеясь на правовую логику системы.

Я что-то там доказывал в суде, всерьёз считал судебную комедию правовым событием. Я всерьёз вставал при вынесении решения и называл шалаву в кресле "вашей честью" (хотя уже тогда это было смешно).

Но в моём окружении были люди, которые уже тогда не предъявляли паспортов при "задержании", не шли покорно в автозак, не подписывали никаких липовых протоколов и в лицо сообщали режиму, что он не-легитимен.

Одна из женщин, которые вышли с символикой Навального (на это решились два человека) так и поступила.

Когда с копиями "протоколов задержания" мы толпились у выхода из ОВД (довольные свободой и быстрой процедурой), эта женщина упорно продолжала спорить в кабинете, что "никаких паспортов она предъявлять не будет", ни в чём "незаконном" она не участвовала, а те, кто её притащил в ментовку, ответят за это в будущем.

Сейчас мне стыдно вспоминать, что в приступе "стокгольмского синдрома" (о котором я не думал) и в порыве жалости к пожилой тулячке - я сказал, заглянув в кабинет, что "мы уже свободны" и пожелал скорее к нам присоединиться. Оставлять её одну в отделе мне очень не хотелось.

Отказ назвать себя казался мне нелепым поведением. На все "несогласованные" акции мы привыкли ходить с паспортами. Зачем раздражать ментов и создавать им неудобства (да и себе, любимому?) "Раньше сядешь - раньше выйдешь" (и т.д.).

Позорный компромисс условного и робкого протеста - в рамках их поганого "права"..

Этот "контракт" о взаимном уважении "правил поведения" должен быть навсегда отменён. Как минимум, он должен перестать быть нормой для реальной оппозиции.

И знаете, что интересно? Я подозреваю, что женщину "за 60", которая отказалась назвать себя, поскольку считала задержание незаконным, тихо отпустили без последствий. Скорее всего, так и было.

Потому что система встретила полный отпор. Как её оформить и что с ней делать? Засунуть в камеру, пока не назовёт себя? Но дольше трёх часов держать в ментовке "незаконно". А суды по ночам не работают. Как отправлять документы судье - без протоколов по форме? Где брать свидетелей? Что вообще с ней делать? Может быть, проще не связываться?

Не знаю, чем закончилась эта история личного мужества и сопротивления. Но ведь именно такое поведение и должно быть нормой в 2021 году. Полный бойкот репрессивной машины - в любых её проявлениях.

Карательные органы получают за это зарплату. Вот пусть отрабатывают по полной программе, без нашего участия. Незачем давать им показания, отвечать на их вопросы, подписывать бланки, изображая процедуру и ведя "культурные беседы" с исполнителями зла.

Ломятся с обыском в шесть утра? Зачем открывать им дверь? Пусть долбят, вскрывают, пилят - за свои позорные зарплаты. Требуют чего-то "подписать" и "проехать на допрос"? Пусть несут к машине силами "собра" (это их работа и зарплата, а не ваша). За подчинение ментам - вам денег не заплатят. Пусть корячатся по полной, чтобы служба мёдом не казалась.

Да, это требует некоторого мужества. Да, возможно, стоит потерпеть. Но на то и мужики, чтобы сметь сопротивляться, а не бежать в СК по первому приказу.

Хватит компромиссов, хватит награждать их легитимностью - и хватит жить по их преступным правилам, даже если эта мерзость выдаётся за "правовые процедуры".

Сотрудничество со злом никого не спасёт (не надо строить иллюзий). Единственная эффективная позиция в момент произвола - это стать костью в горле системы. Максимально затруднить её любые действия.

Мы, общество, всё равно к придём к тотальному бойкоту репрессивного зла. Но лучше раньше, чем позже.

При тотальном отказе от подчинения никаких Гуантанамо быть не может.
Александр Хоц

Интересна статья?

0 комментариев *