Как Россия неожиданно потеряла влияние в Средней Азии

Конфликт между Кыргызстаном и Таджикистаном вдруг (как всегда это и происходит) показал, что в регионе произошел незаметный, но очевидно качественный сдвиг. Узбекистан взял на себя роль регионального арбитра и чувствует себя в этом качестве воплне комфортно.

Именно президент Мирзиеев встал в позицию над схваткой, обсудил с коллегами ситуацию, выразил удовлетворение и так далее. И все это на фоне полного отсутствия России, которая продолжает искать врагов (и, понятно, находит их везде). Кремлю попросту некогда заниматься мелкими склоками вассалов, когда враг на пороге.

А вакуум - это такая штука, которая очень быстро заполняется чем-то еще. И вакуум российского присутствия в Средней Азии есть кому заполнить.

Узбекистан, между прочим - единственная городская цивилизация в регионе, и даже клановое деление узбекской элиты коренным образом отличается от родо-племенных традиций формирования балансов во всех остальных странах. Узбекские землячества - это качественно иной принцип формирования групп интересов, внутренне гораздо более устойчивый, чем группа, сформированная по родственным признакам. Хотя бы потому, что более сложный.

В этом смысле Узбекистан как региональный лидер и арбитр смотрится вполне органично, и снижение влияния России мгновенно компенсируется приходом на оставленные позиции именно Узбекистаном. Уже поэтому Мирзиеев общался с коллегами не просто как равный, а с позиций старшего брата, и по всей видимости, коллеги приняли такой подход.

Понятно, что Россия в регионе все еще сильна, но эта сила имеет в основном фантомный характер. К такому порядку вещей просто привыкли, а потому не готовы в один момент от него отказываться.

Однако в ближайшем будущем в Центральной Азии предстоят серьезные и крайне непростые трансформации - приход к власти Талибана в Афганистане - вопрос времени. Нынешняя кабульская власть повторит судьбу Наджибуллы, разве что в этот раз ее лидеров, скорее всего, не станут вешать на строительном кране. А это будет означать появление в регионе новой силы, достаточно хищной и стремящейся существенно изменить положение вещей. Уже сейчас понятно, что инструментом продвижения интересов Талибана станет наркотрафик, который является ключевым ресурсом всех правящих региональных элит. И война за передел наркопотоков обещает быть достаточно ожесточенной.

Против талибов у республик Средней Азии шансов почти нет. Поодиночке. Даже совместно они весьма невысоки. А потому встает проблема поиска внешней силы, способной решить возникающую проблему. Раз США из Афганистана уходят (тут, правда, есть некоторые нюансы - американцы выведут войска, но военное присутствие в виде охранных частных структур все равно будет сохраняться - хотя, конечно, это уже совсем иная ситуация), в общем, выбор внешних сил невелик - Россия или Китай. Но Россия уже не в состоянии проецировать силу. Она может ещё имитировать эту проекцию, но если сил нет, то только на имитацию и остается рассчитывать.

Конфигурация в таком случае начинает вырисовываться - региональный лидер Узбекистан и внешний игрок Китай. Все остальные будут встраиваться в новую реальность по мере своих возможностей. Это, понятно, создает в будущем очень иную по сравнению с нынешней картину региональных балансов. Если анекдот про китайско-финскую границу пока выглядит именно анекдотом, то военное присутствие Китая рядом с Уралом и на Каспии - уже не фантастика, а вполне возможный сценарий. И если учесть, что в Закавказье и на Каспии уже представлена Турция, то зоны влияния Турции и Китая, которые прирастут в основном за счет зоны (бывшей зоны) российских интересов - это вопрос ближайшего будущего.

Впрочем, иначе и быть не может. Россия при нынешнем режиме скатывается все ниже во всех списках и рейтингах. Нельзя бесконечно разворовывать достижения, индустриальную и технологическую мощь прежней цивилизации. Дно всегда есть. И путинское ворье уже выскребывает с этого дна последнее. Неудивительно, что всё идёт лишь в одном направлении.

Эль Мюрид, "Главред"

Интересна статья?

0 комментариев *