Чужие среди чужих. Истории жителей карабахских деревень, которые ...

  • 302     0
  • источник: snob.ru
В ночь на 11 ноября российские миротворцы отправились из Армении в Нагорный Карабах. Они выставят наблюдательные посты вдоль линии соприкосновения с Азербайджаном и по периметру Лачинского коридора, соединяющего непризнанную республику с Арменией. Договор о прекращении огня Армения и Азербайджан при посредничестве России и Турции подписали сутками раньше. Согласно документу, стороны останавливаются на занятых позициях, Армения отдает Азербайджану контроль над несколькими территориями в районе конфликта. Для жителей Карабаха новая карта региона стала полной неожиданностью. Специально для Сноба Армина Багдасарян поговорила с людьми, чьи дома за одну ночь оказались в другой стране Дом АрменаФото предоставлено автором

Цвет граната

Ночь на 11 ноября Армен Алваров провел в пути. 60-летний житель деревни Цар из Карабаха накануне вечером забрал из дома все ценные вещи, запер дверь, сел в свой уазик и отправился в сторону Армении. Армен не знает, вернется ли когда-нибудь сюда снова.

Мы бросаем свои дома, — говорит он, пока сидит за рулем. — Это за пределами моего понимания. Во время нынешней войны в нашем районе не было боевых действий, его никто не завоевывал. Я вообще только во вторник утром узнал, что произошло. Я даже не знаю, как называется этот документ. Что там — заявление о капитуляции или подписание некоего соглашения? Я еще ничего не видел, но ждать не могу .

Цар — небольшое высокогорное село в Карабахе, 2100 метров над уровня моря. Перед преодолевшими сложный подъем открывается широкая горная равнина, по которой разбросаны дома. В переводе с армянского цар — дерево , хотя искать в этой местности деревья — дело неблагодарное. Еще совсем недавно в Царе жили полсотни человек. Согласно новому договору район, в котором находится село, отходит Азербайджану.

Армен (в полосатой футболке) с туристамиФото предоставлено автором

Свою семью Армен перевез в Армению, когда война еще только разгоралась. Его жена и дочери находятся в городе Ванадзор. Сам он оставался в селе присматривать за хозяйством.

Многие люди вывезли из села свои семьи еще в первые дни войны, — поясняет Армен. — Сам я был здесь до последнего, как наш староста и еще несколько жителей. Люди же не могут просто взять и уйти — почти у всех скотина, свое хозяйство. У меня ферма — 50 голов овец. У соседа крупный рогатый скот .

Все последние дни, когда конфликт в республике накалялся, Армен и его соседи перевозили скот в Армению: Я овец перевозил, а кто-то собак и кур. Централизованной эвакуации для скота пока нет, мы искали машины и платили деньги .

Вид на дом Армена Фото предоставлено автором

Армен еще не решил, как дальше будет обустраивать свою жизнь, где будет строить новый дом. В свидетельстве о рождении моей дочери написано, что она родилась в селе Цар Шаумяновского района республики Арцах, — говорит Армен. — Теперь выходит, мой ребенок родился в стране, которой нет. Мы бросаем не дом. Там мои горы, моя трава, мои звезды .

Сейчас поспели гранаты, наступила пора сбора урожая. Поздняя осень в этих местах всегда окрашена параджановским цветом граната, в долинах Карабаха в ноябре зреют красочные фрукты, символ этих мест. Надо бы собирать урожай. Через пару месяцев еще поспеет хурма. Но люди вынуждены все бросать и бежать , — говорит Армен.

Нас сдали

Тох — довольно крупное село в Нагорном Карабахе. Оно расположено на склоне небольшой горы в Гадрутском районе, который по мирному соглашению тоже передан Азербайджану.

Нас сдали , — так говорят о новом договоре местные жители. Анна и СергейФото предоставлено автором

Дед и прадед 40-летней Анны Захарян родились и всю жизнь прожили в Тохе. Сама Анна наполовину русская и родилась в Москве — в российской столице познакомились ее родители, когда отец приехал защищать диссертацию. В детстве Анна часто ездила к родственникам в Армению, а когда выросла, познакомилась в Ереване и со своим будущим мужем. Выяснилось, что его предки тоже родом из Тоха. Так что супруги сначала вместе ездили навещать родственников, а в конце концов решили перебраться в родные места и открыть там гостиницу.

Фото предоставлено автором

В марте этого года Анна, ее муж Сергей и две дочери окончательно, как они думали, переехали в село Тох. 27 сентября 2020 года в их планы вмешалась война. Накануне был чудесный спокойный день, — вспоминает Анна. — Я бегала по деревне и искала зрелый деревенский сыр для гостей, которых мы ждали. А на следующее утро мы уже проснулись от залпов, которые гремели буквально за горой .

Сначала все подумали, что это учения. Потом стало ясно, что это не так. Вечером муж сказал, что я с дочками тоже должна уехать, — рассказывает Анна. — А мне так не хотелось этого. Мне казалось, что этим я подвожу всю деревню. Думала, что, если я уеду, все скажут: вот, не местная, всех предала. Но муж настоял. Сказал, что ему без нас здесь будет спокойнее .

Анна с дочерьми уехала. Сергей остался и все следующие дни помогал военным обустраивать госпиталь для раненых, который развернулся неподалеку.

В деревне до последнего были наши мужчины — человек 60 70, они хорошо защищались, но потом пришел приказ отступать, — Анна рассказывает о том, о чем сейчас говорят все местные жители. — Еще в деревне остались три пожилых человека, которые не захотели уезжать. В итоге двое стариков погибли, а что с женщиной, никто точно не знает .

Село ТохФото предоставлено автором

Сейчас Анна с семьей находится в Ереване. Им, если можно так сказать, повезло: в отличие от большинства, они беженцы с жильем — у мужа в столице осталась квартира. Мы не знаем, что стало с нашими домами, — говорит Анна. — Многим моим односельчанам теперь некуда ехать. Мы искали им временное жилье. Нам помогал социальный фонд, часто жилье находилось в деревнях, где нет каких-либо удобств. Со многими сейчас мы поддерживаем связь. Семьи совершенно разного уровня и достатка. Сколько люди смогут так прожить и что они будут делать дальше, если наш Тох не попал на новую карту Арцаха?

В Тохе сейчас азербайджанцы. Анна считает, что возвращение туда — даже если предложат — равносильно самоубийству.

Люди-невидимки

Напротив дома Анны Захарян стоял другой дом — семьи Давидян. Бывшая учительница математики Тохской сельской школы Арега Шамировна прожила здесь всю жизнь.

Мы уезжали отсюда только однажды — в первую войну в 1990-х, — вспоминает она. — Потом вернулись .

Арега ШамировнаФото предоставлено автором

Сейчас Арега Шамировна на пенсии, ей 74 года. 10 октября ей пришлось снова в спешке покинуть свой дом. Я не хотела уезжать, у нас же там хозяйство: 50 кур, семь коров, три свиньи. Но моя семья меня и слушать не хотела, — объясняет женщина. — Перед отъездом все жители просто выпускали всех своих животных, оставляли все двери в курятниках и хлевах открытыми. Чтобы они хоть что-то могли найти себе поесть .

По словам Ареги Шамировны, сборы не были слишком длинными. Было еще тепло, семья не стала брать с собой зимние вещи. Лишь освободили животных и спешно сели в машину, которая ехала с другими беженцами в сторону границы.

Мы сначала двинулись в Степанакерт, а оттуда уже в Армению через Лачинский коридор. Один наш знакомый согласился довезти нас до границы на своем автомобиле. Там нас встретил уже другой человек — доброволец на личном автобусе. Он сажал к себе беженцев и вез в Ереван , — рассказывает беженка.

Ее семья нашла приют в небольшом доме в селе Азатаван в Араратской области, примерно в 20 километрах от Еревана. Дом, в котором они поселились, принадлежит двоюродной сестре Ареги Шамировны, которая много лет живет в России.

Нас сейчас семь человек: я, сын, невестка, ее мать и отец, мои внуки трех и семи лет, — говорит она. — Еще один мой сын должен приехать из Степанакерта. Он воевал. Он все время звонил нам с фронта и говорил, что война скоро кончится .

Арега Шамировна говорит, что ее дом — это Карабах, а Армения — только временное пристанище: Я хочу вернуться домой. Сейчас мы все спим под другим небом. Тут равнины, а у нас леса на высоких горах. И я хочу пойти в нашу церковь .

С начала карабахской войны число людей, покинувших свои дома, перевалило за 100 тысяч. Многие живут за счет помощи волонтеров и местных жителей.

Теперь мы уже точно люди-невидимки, только отныне еще и с новым статусом — беженец , — заключает Арега Шамировна.

Фото предоставлено автором

Интересна статья?

0 комментариев *