Баня на Вальке... Александр Ильченко (продолжение)

     Баня в тундре

     Утром дежурный встаёт первым: растапливает печь, так как в избе заметно похолодало. Набирает снег в кастрюли и чайник, ставит на печь. Затем идёт в баню и тоже растапливает печь. Остальные нежатся на полатях.

     Затем все встают, умываются, завтракаем. Любители похмеляются. После завтрака хозяйственные дела: пилим дрова для бани, избы, готовим обед и ужин сразу, убираемся в избе, запариваем веники.

 

     Все, что делаешь по дому — незаметно.

     Заметно становится, когда  этого не делаешь.

 

     К обеду баня готова! Перекусываем и идём в баню. В предбаннике не жарко, но +10 есть уже. А в парилке – жара. Камни аж красные! Раздеваемся и в парилку. И паримся! Разогревшись как следует, постегав себя вениками, бежишь в прорубь!

     Прорубь метрах в десяти от бани. Добегаешь до проруби весь в клубах пара – на улице ведь -40 градусов!  и с ужасом прыгаешь в прорубь с головой. Всё тело мгновенно обжигает ледяной водой, всё мужское достоинство хочет выпрыгнуть наружу, но застревает где-то в районе горла. Ты как пробка из шампанского вылетаешь из проруби, и в один прыжок летишь в баню, аж пятки горят! Так вот что значит – «в зобу дыханье спёрло»!

     Забегаешь в парилку и выливаешь ковшик воды на камни! Всё шипит, клубы пара, а ты сидишь, отогреваешься. При этом все капилляры раскрываются, мурашки бегают по коже, и такое чувство, что ты, как змея,  меняешь на себе кожу, со старой на новую! Вот блаженство!  Затем изо всех сил хлестаешь себя вениками, пока терпения хватает. И снова бежишь в прорубь!

     Нырок, ожог, комок в горле, и обратно в парилку! Ковш воды, клубы пара, веником себя, да почаще. Наконец сил терпеть уже нет –  выходишь в предбанник. Наливаешь себе кружку свежего чая, да с лимончиком, да с сахарком, лепота! После чая с тебя льёт и льёт. А ты повторяешь чаёк, да погорячее. Сидишь, и потихоньку отходишь: сердце успокаивается, дыхание восстанавливается. Народ тоже сидит, отдыхает, болтаем друг с другом о том, о сём. Кто-то голый сидит, а я так в валенках и накинув пуховичок на себя.

     Но, теперь второй заход – идём в парилку. Ложишься на живот, и кто-то тебя начинает вениками охаживать. Сначала тихонько, потом всё крепче и горячее, и затем уже не щадя живота своего охаживает тебя. И всё: ты - сварился, спёкся, зажарился, мочи нет терпеть!

     Выбегаешь, и уже с облегчением, ты ныряешь в прорубь. Ура, успел, не сварился! Обратно в баню. Теперь уже ты стараешься над товарищем, да посильнее, да погорячее. Вот уже и он, с диким криком бежит к проруби, бухается в неё, выныривает и так орёт, что будит всех окружных медведей в своих берлогах!

     А ты, попарив товарища, сам чуть не сварился вкрутую! Быстрее за ним - в прорубь, и уже своим могучим криком будишь местных зайцев. В парилке отходишь потихоньку.

     Выходим в предбанник. Сначала стакан горячего чайка, пот льёт градом. А теперь уже можно и разговеться – начинаешь пивко вкушать. Да с малосольным сижком, да с копчёным чирком или муксунчиком. Лепота!

     Дышишь уже не лёгкими, а новой кожей – во всю кожу.

     Третий заход. Попарились в парилке, нырнули в прорубь, бежим обратно. Теперь просто греешься и моешься начисто. Кто-то ещё и ещё парится и ныряет в прорубь, оря благим матом.

     А сидишь в предбаннике, и спокойно пивко потягиваешь, маленькими глотками, смакуя. Тело радуется, душа поёт.

     Проходит уже часа четыре. Наконец, все напарились. По очереди одеваемся и возвращаемся в избушку. Разжигаем печку, ставим ужин на плиту, готовимся ужинать.

     Вот всё готово, ужин на столе, водка разлита по кружкам.

- Ну, за баню, как говорил Суворов!

     Пьём за баню, затем за хозяина – Валеру      Перепёлкина, за тундру, за Норильск, за норильчанок, за Северное сияние и так далее. Всем сытно, пьяно, весело. Печка трещит, свечи горят, компания дружная, разговоры весёлые. Что ещё надо человеку!

     На следующее утро все спят, кто сколько хочет. Затем обедаем, убираемся в избе, готовим дрова на следующий раз, укрываем прорубь, собираемся в дорогу.

     В обед становимся на лыжи и в обратный путь. Через три часа мы выходим к Норилке, идём на автобус, и через пол-часа ты уже дома.

     Наутро ты снова мечтаешь – как бы ещё разок сходить в эту тундровую баню. 

     Ильченко Александр

г. Норильск, Красноярский Край – 2016 г.

Интересна статья?

0 комментариев *